23.01.2022

Богдан Бенюк: Таких Мирошниченко должно быть много, чтобы они приходили на каждый телеканал и выбрасывали его директоров

Сегодня Богдан Бенюк задействован сразу в нескольких крупных украинских фильмах. Съёмки в них он совмещает с активной работой в театре, а также не менее продуктивной гражданской деятельностью.

О том, что до фильма о событиях 2014 года — далеко, а до европейского уровня сознания — ещё дальше, что финансировать лишь военные проекты в культуре — плохо, а показывать российское кино по телевидению — ещё хуже, в эксклюзивном интервью «фрАзе» рассказывает Богдан Бенюк. Он также поделился предположениями о том, что российские фильмы, в которых он — патриот Украины — сыграл, теперь, возможно, будут запрещены в Украине.

На данный момент вы задействованы одновременно в трёх больших украинских лентах: «Урсус» Отара Шаматавы, «Теперь я буду любить тебя» Романа Ширмана и «Толока» Михаила Ильенко. Какая из них дойдёт до экранов первой?

Первым будет завершён фильм «Теперь я буду любить тебя». Хотя его съёмки начались лишь 1 декабря 2014 года. Но уже в начале февраля всё было отснято, и начался монтажный период. А съёмки «Урсуса» и «Толоки» начались ещё в позапрошлом году, но из-за задержек в финансировании работа над ними приостановлена. Так что во время съёмок в фильме «Теперь я буду любить тебя», мне впервые за долгое время довелось увидеть, что когда собираются единомышленники, которые любят свою работу, то кино снимается даже за столь небольшие средства. Просто фильмы «Урсус» и «Толока» технически сложнее, и они требуют значительно больших бюджетов.

С подобными финансовыми проблемами столкнулись авторы и многих других фильмов.

Но я убеждён, что они будут завершены, потому что их создатели самоотверженно делают свою работу. К счастью, для большинства украинских кинематографистов главным критерием успеха является не финансовый доход от их ленты, а личное моральное удовлетворение. У них горят глаза. Отчасти, именно поэтому сейчас ожидается выход целого ряда отечественных фильмов.

В 1991 году вышла картина Станислава Клименко «Кому вверх, кому вниз». В ней очень ёмко показывается исторический надлом, когда наше общество переходило из социализма в капитализм. Когда в корне менялись ценности и верования. По масштабу перемен 2014-й год стал, наверное, не менее значимым. Скажите, в кино эта перемена как-то будет отображена?

Обязательно будет. Фильм о надломе 2014 года покажет нашу идентификацию и осознание нашей нации в мире. В свою очередь события начала 90-х годов были замешаны на какой-то опереточности. Тогда мы ещё не осознавали, какие задачи, и какая мера ответственности стоит перед нами в будущем. Мы смотрели на страны Балтии и Польшу, думая, что у нас будет так же. Но у этих стран был не столь давний опыт независимой жизни. И украинцы в начале 90-х слишком легковесно отнеслись к осознанию своей свободы. Мы думали, что независимость далась нам, как сатисфакция за страдания предыдущих поколений. А оказалось, что лишь сегодня мы начали расплачиваться кровью за право быть свободными. Сегодня мы всё переживаем на эмоциях. А глубокое переосмысление произошедшего появится с годами.

 

Отрывок из фильма «Кому вверх, кому вниз»

В этом предполагаемом фильме о событиях 2014 года украинцы будут причислены к европейскому семейству?

От того, что мы уже сейчас причисляем себя к европейцам, мы не достигнем их уровня быстрее. Это очень сложный процесс. Мы как-то слишком легкомысленно существуем. Нас приучили, что мы управляем природой. Что мы в силах обернуть течение рек и свернуть горы. И эта пионерская романтика привела нас к полнейшему невежеству — мы начали очень варварски относиться ко всему окружающему. Поэтому для тех, кто воспитан в СССР, свойственно омертвление души.

В Европе я такого не встречал. Они бережны и к природе, и к порядку. Случайный пешеход может тебе сделать замечание, если ты в неустановленном месте припарковал автомобиль. А нам свойственно ощущение какой-то вседозволенности. И это приносит нам много негатива.

Как вы относитесь к инициативе Министерства культуры, чтобы финансировать только те культурные мероприятия, которые связаны с поддержкой украинских военных и участников АТО?

Я понимаю, что Минкультуры имеет ограниченный финансовый лимит. Сейчас очень важно поддержать военных на восточном фронте и поднять их моральный дух. Но, конечно, нельзя игнорировать другие проекты.

Десять лет назад Министерство культуры собиралось профинансировать масштабный исторический фильм. Сумма ожидалась огромная и мы все были убеждены, что это будет просто гениальная картина, которой ещё мир не видывал. Но со временем мы поняли, что высокое качество вырастает из количества. То есть, когда все сосредотачиваются на чём-то одном — прорыва не происходит.

Прорыв происходит, когда много людей действует в разных жанрах, сферах и направлениях. То есть когда одни работают на благо фронта, а другие — выдают произведения, никак не связанные с войной. Мы же не должны жить одной только войной. Если мы будем зацикливаться на войне, то мы превратимся в какое-то вывихнутое общество.

Вы неоднократно снимались в российских фильмах. После событий 2014 года у вас не возникло желания поставить крест на участии в российском кино?

Слава Богу, со стороны российских продюсеров приглашений не поступает. Но если бы даже таковые появились, то, безусловно, ни о каких съёмках в российском кино речи быть не может. Нельзя делать кино с теми людьми, которые относятся к нашей стране воинственно. Для меня это абсолютно понятно. И сейчас меня просто удивляет, как мы можем торговать с Россией — покупать у них электроэнергию, газ, уголь…

Мнение, что у нас не война, а именно АТО, которое позволяет продолжать сотрудничество с Россией, — вызывает у меня целый ряд вопросов. Для меня абсолютно понятно, что надо полностью прекратить любые отношения с Россией. Эта война была запрограммирована десятилетия назад. Мы к ней шли. Сейчас мы, наконец, начали выяснять отношения между Россией и Украиной. Потому что ложь о том, что мы братские народы, у которых единые корни, нужно было когда-нибудь, наконец, перерубить. На самом же деле мы очень разные, по многим этическим моментам.

Но искусство же находится в ином измерении. Чувства и идеи, которые сообщает искусство, не изменяются в зависимости от политической системы. И сыграть в хорошем фильме — означает, скорее, передать эмоции, а не поддержать врага.

Нет. Например, всем известно, что США считается едва ли не эталоном демократии. Так вот около десяти лет назад огромная испаноязычная общественность спела гимн США на испанском языке. И когда это показали по американским телеканалам, то Конгресс сразу же принял указ о запрете исполнения гимна США на испанском языке.

И в этом нет ничего удивительного — каждый бережёт своё гнездо. Животные очень строго охраняют свою территорию. И не дай Бог кому-нибудь другому нарушить границы. Это инстинкт самосохранения. Так что не надо путать демократию с самообманом.

В Украине накладывается запрет на ряд российских фильмов, в которых положительно показывается образ вооруженных сил и правоохранительных органов наших северных соседей. Вы снялись в сериале «Ликвидация», который романтизирует советские правоохранительные органы. А также в ленте «Кандагар», которая косвенно хвалит российские вооружённые силы. Эти фильмы могут быть запрещены. Но вы вложили силы в это кино. И теперь стало вероятно, что в родной стране, патриотом которой вы являетесь, они будут запрещены…

Когда разворачивается война, я согласен с таким положение дел. Но в этом законе, мне кажется, очень важно запретить именно то кино, которое было снято в России именно с момента начала войны. А фильмы, снятые ранее, нужно дозировать. Ведь и в советском кинематографе есть вещи, которые оскорбляют украинцев. Такие ленты надо запретить.

Запретить вообще всё российское кино, начиная с 1991 года, мне кажется, не очень правильно. Хотя даже в таком виде запрет был бы хорош. Ведь мы ничего, по сути, не потеряем — те, кто хочет смотреть российское кино разных лет — найдёт возможность достать тот или иной фильм.

Да, этот закон касается, прежде всего, кинотеатров и телеканалов.

Наше телевидение парадоксально во многих смыслах. Потому что большинство телеканалов у нас вражески относится к нашей же стране. Люди, которые занимаются репертуарной сеткой на телеканале, как правило, далеки от гуманитарного образования. Да и их назначение на тот или иной канал — также большой вопрос. Ну как, скажем, можно год из года накануне новогодних праздников показывать одну и ту же «Иронию судьбы…»?

Естественно, всё это вызывает сопротивление. И таких Бенюков и Мирошниченко должно быть очень много, чтобы они приходили на каждый телеканал и выбрасывали его директоров, чтобы на его место пришёл новый:

 

Видео 18 марта 2014 года

Но, увы, в такой люстрации мало толку. Ведь на их место обычно приходят люди, не имеющие душевных основ, которые бы работали на развитие нашей страны. Оказывается, что пока морально люди не будут уверены, кто они, и к какой стране они относятся, до тех самых пор ни законы по запрету российского кино, ни какие-либо другие ограничения ничего не исправят.

Недавно мне звонили ребята, которые сейчас обороняют Мариуполь. Они мне сказали, что там есть огромное количество людей, которые выключают радио и телевизоры, как только в них начинаются украинские передачи и звучит украинская речь. Они просто ненавидят украинскую речь. Но даже таких людей можно переориентировать, если погрузить их во всецело украиноязычную среду. Надо радикально отстаивать свою позицию. А сегодняшним двуязычием этого не достичь.

Я очень рад, что Украина сейчас выкристаллизовывается. Через неимоверную беду и кровь. Но этот процесс мы должны пройти. Другого способа нет.

 

Тизер фильма «Толока»